Когда-то, кажется очень давно, мой путь по дороге «непознанного» и невидимого начался как раз с видимого. С внимания ко всему окружающему, с замечания мелочей.
Что вызвало настоящий информационный шок — настолько велика была привычка не обращать внимания ни на что «лишнее».
Ведь большинство людей не замечает процентов 90 видимой реальности, оперируя в основном упрощёнными представлениями о ней.
Что уж говорить о невидимом.
Помню, что сознательно училась вниманию к окружающему миру.

И вот теперь, спустя годы, я снова испытываю это ощущение расширения восприятия. И вызвано оно не чем-то духовным или мистическим — а увлечением живописью.
читать дальше →

Наша палата, неусыпно заботящаяся о душевном состоянии прочих больных, продолжает серию публикаций «Каждый маг должен иметь». В тот миг счастливый, когда вы заполучили справку из лечебницы, возникает законный вопрос: а что дальше?
Работать над личностью!
Уж коли завели ее, личности, расстройства, то будьте добры холить их и лелеять, поливать и пропалывать.

читать дальше →

Кем бы вы ни были, мне не принесет удовольствия ваше общество более суток, без перерыва. Я, конечно, со многими пыталась переключаться на невербальное общение, но, даже оно, со временем, больше не приносит мне радости. Когда уже нечего сказать, когда уже нечего делать, встает вопрос: зачем вы здесь, рядом со мной? Этот вопрос возникает в подавляющем большинстве случаев. Намеренно пытаюсь разбавить диалог и ввести в компанию посторонних. Как же я должна полюбить человека, чтоб он не вызывал во мне приступы мизантропии? Кажется, я не способна до конца ни на что настоящее. Теряю интерес ко всему что остается неизменным, и страдаю когда не поспеваю понять изменения. Но я продолжаю скалиться, чтобы не обидеть вас. До поры до времени? Еще никого не побила…
Это самодостаточность?

Успокойся, милая, я люблю тебя.
читать дальше →

Страх — одно из самых разрушительных человеческих состояний. Старый, написаннный в 70-х годах ушедшего века рассказ Севера Гансовского Полигон* доходчиво демонстрирует механизм действия страха.

В повседневной жизни без всяких фантастических допущений механизм страха работает похожим образом:
читать дальше →

Отчего ужасное не ощущается мимолетным? Хочет ли так человек, либо это желание ужасного? Словно бы в припадке самолюбования оно любит подзадержаться. Чтобы тебе было легче рассмотреть.
И чтобы лучше запомнилось. Чтобы выбравшись из ямы — вспомнить и упасть.

читать дальше →

С каждым шагом я всё больше привязываюсь к этому миру, ко всем его мелочам. Я привязываюсь к вещам и явлениям, к идеям и словам, к делам и людям.
Это мой выбор.
читать дальше →

Что помогает тебе собраться?
Если ты не стахановец не выходящий их забоя по 20 часов кряду — держу пари, что ты можешь функционировать (думать, чувствовать, жить) эффективнее.
Но как ты выходишь на этот уровень, когда всё-за-что-берёшься удаётся?

читать дальше →

Утверждение: "Вас всех придумала Я!" в моем повседневном обиходе звучит полусерьезно. Наверное, просто я так его интонационно оформляю.
Тем не менее, солипсизм как мироощущение имеет право быть. Я родилась — мир появился, я исчезну — исчезнет и он, и все, кого я в нем придумала. Я — субъект творения по отношению к миру — объекту творения. Это исключает какое-либо существование всего сущего после исчезновения субъекта творения.
И нет ничего объективного, нет ничего вне меня, и осталось только закрыть глаза, заткнуть уши, нацепить на нос прищепку — и почти ничего в мире не останется.
А вы как считаете: мир создан вами, мной или является объективно необходимой сущностью?

Начнем мое очередное пришествие на Сакрамент с этой ахинеи, пожалуй. Всем привет, а кому-то — снова привет!

С ними сталкиваешься, изучая английский язык: to be, to have, to do. Родной русский устроен по-другому — он податлив, как глина, текуч, как вода, он способен свести с ума любого иностранца разнообразием своих аффиксов.
Английский с его аналитическим строем похож на конструктор или набор кубиков — систему спряжения действительных глаголов можно загнать в таблицу 4х4, и никаких хвостов не будет торчать наружу.

Заглянем в зеркало чужого языка.
To do = "делать", Indefinite Tenses = неопределённые времена. Простое действие, не соотнесённое с другими обстоятельствами и действиями. I know — я знаю, I love — я люблю — просто и незыблемо.
To be = "быть", Continious Tenses = продолженные. Длительное действие, самостоятельный и самоценный процесс, непрерывное самоосуществление. Существование здесь и сейчас, ежесекундно осознающее себя. Indefinite: I'll wait = я буду ждать, просто ждать; continious: I'll be waiting = я буду ждать, прислушиваясь к каждому шороху, замирая от нетерпения, считая секунды...
To have = "иметь", Perfect Tenses = совершенные времена. Законченное действие. Точка, отмечающая достигнутый результат.

Теперь закроем учебник грамматики. Всмотримся в окружающих — людей "делающих", людей "существующих", людей "имеющих". Да, это ещё один комплект ярлыков, не лучше и не хуже иных наборов. Воспользуемся?

Сковывающий, всепоглощающий, вселенский — ужас. Ряд качественных прилагательных можно растягивать до необходимой длинны, проявляя смекалку и находчивость. Лучше вытянув этот ряд в струнку после завернуть его кольцом и самому поместиться внутри. Так он, ужас, может и будет приносить хоть какую-то пользу.
А именно: служить барьером между Я и миром-ему-чуждым.

читать дальше →