магия и чудотворство
С виду эти явления очень похожи. Радикальное отличие в «санкционированности»; если прибегать к грубым аналогиям, чудотворство — это пользование опасными вещами в пределах необходимости с разрешения и под защитой Того, Кто может всё исправить, магия — самопальная пиротехника на собственный страх и риск. Чудо встраивается в течение мира, находя зазоры между его возможностями, не нарушая ткань мироздания; магия занимается вивисекцией, перекраивает реальность, не заботясь о том, какие разрывы и прорехи могут в ней возникнуть.
читать дальше →

В своём комментарии к тексту про Яр и Ёмь Red Blood обратил внимание на разницу между пассивностью китайской Инь и активным действием русской Ёми. Это напоминает разницу между математическим вакуумом— простой пустотой и физическим вакуумом— пространством, пронизанным разнообразными полями.

А недавно я посмотрела мультик про панду. Там есть сцена, одна из ключевых, в которой главный герой узнаёт, что секретный ингредиент отцовской лапши— фикция, его попросту нет. И это знание радикально меняет его самого и его судьбу. В русской сказке всё обстоит по-другому: основной ингредиент супа— топор, от него идёт весь навар. Сам топор после всех манипуляций остаётся таким, каким был— но он есть: материальный и явный компонент нажористой похлёбки.

И ещё одно отличие: между спокойным бесстрастием Ян и сосредоточенной страстной Яростью.

— Жаль, сэр брат, что прослушали вы рассказ доброго сэра Лю о его вере,
именуемой Дзынь! О, какой удивительной дорогой пошли любомудры Чайной
Страны! Они усматривают во всем лишь два начала: Сунь и Вынь, первое из
которых обозначает совершенную наполненность, а второе— совершенную же
пустоту… Непостижимо!

(c) Михаил Успенский«Там, где нас нет».

Красивая аналогия, да не совсем подходящая. И не потому что стебная, а потому что неточная. Да, Сунь— это определенно мужское начало (точнее, быть может, мужской конец? ;-)), однако связь Вынь с идеей женского весьма сомнительна.
Мы используем китайскую пару Ян и Инь за неимением подходящего русского эквивалента. Но почему бы не пошарить по родным сусекам, а вдруг найдётся что-то подходящее?

читать дальше →

Пару дней назад мы тут попробовали немного разобраться в сущности попсы. Спасибо Хэлл за определение:

Искусство — это цель, достигнутая тем или иным средством. Настоящая цель, ненулевая (понимание, смысл, объект, ощущение и все, что угодно).
Попса — это то или иное средство, применяемое вхолостую, ради эффекта, за этим средством закрепленного.

и перечисление:

...разного уровня "припопсованные" капсулы со своей колокольней "а вы быдлее!" — Шилов, Асадов, Басков, "Мельница", Богушевская и т.п.

читать дальше →

Их принято противопоставлять. Попса — массовое, ширпотребное, низкопробное; шедевр уникален и единичен. Попса — это на потребу толпе, а толпа  — это монстр, который захавает все что угодно. Шедевр же призван услаждать тонкий вкус образованной публики, впрочем — услаждать не обязательно: иные признанные шедевры скорее шокируют.
читать дальше →

Искони на Руси мужчине полагалось носить пояс. Распоясаться на людях значило не только безудержно разгуляться во хмелю, но и опозориться (сравн. женский вариант — "опростоволоситься"). Пояс был не только декоративной и функциональной деталью одежды, но и оберегом; украшающие его узоры наделялись сакральным и магическим смыслом.
Галстук пришел к нам из Европы довольно поздно, да и в целом его история короче и проще. В русском обществе он был и остается показателем социального статуса его носителя.
читать дальше →

Два простых понятия: правое и левое. Они знакомы нам с детства.
Их значение настолько очевидно и вошло в постоянный обиход, что мы оперируем ими, как говорится, направо и налево.

А представьте себе человека, который вырос, не пользуясь этими понятиями. Он даже об их существовании не подозревает. Да и вы с ним близко незнакомы. Но в один прекрасный момент этот человек звонит и просит объяснить, что такое право и лево.

Как объясните?

Очень важно не путать дискурс с нарративом. При этом совсем не обязательно знать, что такое дискурс и что такое нарратив, а тем более уметь внятно изложить собеседнику то и другое и разницу между ними. В самом деле, многие ли из нас, оперирующих понятиями, способны вот так сразу, навскидку разъяснить сущность противопоставления белого и чёрного или дать строгое определение такого немудрящего предмета, как стол?
Конечно, человек интересующийся может заглянуть в философский словарь (я неоднократно это делала), чтобы прочесть, уяснить — и тут же напрочь забыть прочитанное. Истинный же ловец смыслов ведётся иным чутьём. Он не даст себя сбить со следа; даже в безнадёжно запутанном случае словесной интриги он способен всё разъять и разложить по полочкам категорий. А спроси, как он это сделал — пожмёт плечами: "Ну как же, дискурс — это дискурс, а нарратив — это нарратив. Разве их спутаешь".
Впрочем, проблема разделения сущностей — это предмет отдельного дискурса. Или отдельного нарратива.